Насилие
Дети
23.10.2020
Текст: Анна Рымаренко
Фотографии: Из личного архива Юлии Кулешовой

Синдром молчания: как в России зарождается система помощи детям, пострадавшим от насилия

По данным ВОЗ, почти каждая пятая девочка и каждый тринадцатый мальчик становятся жертвами сексуального насилия. Но статистика не отражает реальные масштабы этого явления: насильники манипулируют своими жертвами, заставляя молчать. Сексуальное насилие в детстве и подростковом возрасте повреждает мозг, становится причиной множественных психических расстройств, оказывает сильное разрушительное воздействие на всю оставшуюся жизнь.

«В мою жизнь вошла депрессия»

Маргарита (имя изменено по просьбе героини), 36 лет, художник, Москва

Сексуальное насилие я пережила в 15 с небольшим лет. Я очень поздно созрела, и в этом возрасте выглядела худым ребенком с двумя косичками и почти неразвитой грудью. Это был мой первый опыт с мужчиной. Мы со старшей сестрой побывали на дне рождения, а потом вернулись домой, где нас ждал ее муж-бизнесмен.

Все, что случилось в тот вечер, помню плохо, хотя выпила всего бокал вина. Видимо, для подростка и этого достаточно. Сестра почему-то ушла, а ее муж раздел меня, быстро и умело склонил к некоторым сексуальным манипуляциям и сделал несколько фото. Как я ушла, помню плохо.

После случившегося я несколько дней пребывала в ступоре, чувствуя себя виноватой.

Думаю, сестра — тоже. Спустя несколько лет она плакала, извинялась, что ушла и оставила меня наедине с ним.

Ее муж приходил ко мне, просил уничтожить фотографии (которые тогда мне отдал). Сказал, что все случилось, потому что мы нравились друг другу. Это было неправдой: я никогда не рассматривала его в качестве сексуального объекта. Его поступок был совершенно неожиданным и поэтому застал врасплох. 

После случившегося я спонтанно, нигде об этом не читая, начала заниматься селф-хармом (самоповреждением): делала небольшие порезы на теле.

Часто плакала, сидела дома в одиночестве. У меня целый год держалась повышенная температура. Мы с мамой ходили по врачам, но те ничего не находили.

Поступив в вуз на творческий факультет, стала неформалом: очень коротко стриглась, делала пирсинг, заглушала в себе женственность, усиленно худела, не принимала свое тело и внешность, часто вела себя рискованно, без страха за свою жизнь.

Только недавно я осознала, что в мою жизнь еще в подростковом возрасте вошла депрессия.

Низкая самооценка, невозможность наслаждаться жизнью и ожидание чего-то плохого стали моими постоянными спутниками.

Только к тридцати четырем годам я обратилась за помощью к психиатру. Она сказала, что сексуальную травму необходимо было прорабатывать сразу после того, как все случилось. А теперь депрессия стала хронической.

Врач объяснила, что муж моей сестры - извращенец и педофил. Что, несмотря на мое несопротивление и отсутствие полноценного полового акта, его действия можно классифицировать как насильственные, потому что взрослому человеку очень легко растлить неопытного подростка. Психиатр прописала мне курс довольно сильных антидепрессантов и сеансы психотерапии.

Мама что-то чувствовала. Она спрашивала у мужа сестры, не случилось ли чего-то между нами. Но тот убедительно врал, что ничего такого не делал, а напротив: помогал, чем мог.

Он всю жизнь занимался виктимблеймингом: обвинением жертвы.

Грубил, обзывал. По его мнению, я не так себя вела, не так выглядела, не с теми дружила. Он укорял меня даже в том, что у меня не получилось создать семью и родить детей.

Мне надоело его поведение, и моя мама обо всем узнала. Она сразу все поняла и сказала: «Жаль, что тогда, много лет назад, сразу не призналась. Я бы вела себя совсем по-другому».

Жертвы, пережившие сексуальное насилие в раннем возрасте, почти никогда не говорят о случившемся близким родственникам.

При насилии жертва получает долгоиграющую психическую травму. Человек теряет многое: в первую очередь, образ себя самого.

Первые пару лет - это психологический дискомфорт, отягощенный нереализованным гневом и огромным чувством вины: «это произошло, потому что я...»

Через много лет пострадавшие взрослеют (если не гибнут от депрессий, соматических заболеваний или зависимостей), читают специальную литературу, работают с психиатрами, во всем разбираются и впервые осознают масштаб ущерба.

Они рассказывают родным о том, что случилось 20-30 лет назад.

Совершающие насилие над детьми и растлевающие несовершеннолетних никогда не признают вину.

Они до последнего врут, даже если оказываются на скамье подсудимых. Эта их особенность давно известна психиатрам.

Так и этот человек в переписке пытается убедить мою маму, что я лгу. Но мама все прекрасно понимает и никогда ему не поверит. Он ни разу не попросил извинения, и не верится, что он когда-нибудь это сделает.

Многие сексуальные девиации своими корнями уходят в детство и пережитое насилие.

У нескольких моих знакомых случались похожие истории.

Например, моего друга в 11 лет совратил тренер по восточным единоборствам. Оставаясь наедине с ним в раздевалке, «наставник» через одежду ощупывал его интимные места, приводя при этом какие-то «резонные» доводы. Когда группа отправлялась в горы на ретрит, тренер любил снимать на камеру, как полностью раздетые мальчики выходят из озера. Родители детей были совершенно не в курсе. Не по этой ли причине сегодня мой друг — открытый гей?

Еще одну мою знакомую в девять лет изнасиловал отчим. Сейчас они с мамой живут в Израиле и обе — ЛГБТ-активистки.

И кто будет осуждать их после всего, что пришлось пережить? Точно не я.

Думаю, в России сильно не хватает специализированной помощи людям, с которыми случились подобные вещи. Считаю, что об этом не нужно стесняться говорить. И законы должны быть написаны так, чтобы потенциальные насильники опасались последствий.

Насилие физически меняет мозг

В 2003 году было опубликовано исследование Медицинского центра Стэнфордского университета об изменениях гиппокампа у людей, переживших сексуальное насилие. Гиппокамп — часть мозга, которая отвечает за ориентацию в пространстве и запоминание мест.

Ученые исследовали мозг с помощью магнитно-резонансной и позитронно-эмиссионной томографий. Гиппокамп у людей с посттравматическим расстройством оказался в среднем на 16% меньше, чем у тех, кто пережил травму без последствий, и на 22% меньше, чем у тех, у кого не было травмы. Кроме того, у их мозга была снижена способность к выработке новых нейронов.

Координатор психологической службы ИНГО «Кризисный центр для женщин» Елизавета Гарден

-- ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство) - это тяжёлое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику.

Травматичность события тесно связана с ощущением беспомощности из-за невозможности эффективно действовать в опасной ситуации.

Симптомы ПТСР могут появиться как сразу после травмы, так и спустя много лет после травмирующего события (но диагностирован синдром может быть не ранее 4-6 недель после события).

ПСТР может быть связан с развитием таких проблем, как депрессия, генерализованное тревожное расстройство, панические атаки, аддикции, суицидальное поведение, агрессивность, эмоциональная дизрегуляция.

Человек легко расстраивается из-за небольших проблем или большую часть времени испытывает подавленную злость. У него колеблется настроение. Присутствует негативное представление о себе.

Человек живет с хроническим чувством вины, например считает, что мог бы предотвратить развитие событий или как-то повлиять на их исход.

Человек может постоянно чувствовать себя дефективным, разрушенным, неправильным, поломанным, недостойным жить.

Вероятность развития ПТСР зависит от многих факторов, в том числе от типа травмы (в случае сексуального насилия эта вероятность выше, чем в среднем) и от того, есть ли социальная поддержка в период после травматического события (событий). Это один из ключевых факторов - чем ощутимее поддержка, тем ниже риск.

Насилие в отношении детей имеет долгосрочные негативные последствия, которые ставят под угрозу всю дальнейшую жизнь человека и могут давать о себе знать во взрослом возрасте.

 

Система или частный случай

После признания Юлии Кулешовой, основательницы сети благотворительных магазинов «Спасибо!» в Санкт-Петербурге, в том, что она с пяти лет подвергалась сексуальному насилию со стороны отчима, в России стали чаще обсуждать тему детского насилия.

Юля призвала тех, кто пережил подобный опыт, связываться с ней, чтобы вместе изменить ситуацию, в которую попадают дети.

В течение месяца на ее почту пришло несколько сотен сообщений с рассказами о сексуальном насилии в семье и ближайшем окружении.

Это были подробные повествования, во многом похожие на историю автора: не замечающие ничего матери и отцы, дяди, братья, друзья родителей, делающие с детьми то, что в законе именуется сухо: «действия сексуального характера».

Некоторые истории были очень страшными, например, случаи регулярного изнасилования 4-летних детей.

Рассказывали их обычные девушки с веселыми аватарками снаружи и огромной болью внутри. Долгие годы они молчали, боясь, что им не поверят и, как это часто бывает, обвинят в том, что они «сами виноваты».

«То, что казалось мне частным тяжелым случаем в моей семье, внезапно оказалось системой.

Лично я больше не буду об этом молчать. Именно молчание, мое и тысяч таких, как я, создало идеальную «почву» для недоверия пережившим насилие и безнаказанности насильников», — уверена Юлия.

Сделай шаг и тебе поверят

В этом году Юлия запустила сайт помощи «Тебе поверят». Это платформа для психологических, образовательных, медийных инициатив, направленных на сокращение уровня сексуального насилия над детьми и подростками. Платформа «Тебе поверят» объединяет профессионалов, которые разбираются в теме, и готовы помогать.

Инициаторы проекта собрали команду, разработали схему работы, прошли дополнительное обучение в Кризисном центре для женщин (ИНГО) в Петербурге.


Юлия Кулешова

Юля Кулешова

- Мне кажется, за этот год мы совершили маленькую революцию. Мы научили специалистов работать именно с сексуальным насилием в детстве. В течение года они провели около 700 индивидуальных консультаций.

Вокруг нашего проекта сконцентрировалась огромная энергия людей, которые впервые почувствовали себя услышанными.

Часто впервые в жизни они получают психологическую помощь, а это мало кому в России финансово доступно.

Мы сделали ряд широкоохватных материалов в СМИ, сотни тысяч людей узнали объективную экспертную информацию и, возможно, стали более внимательны к своим детям.

Мы провели десятки трансляций, лекций для специалистов и родителей пострадавших детей. Благодаря Леде Гариной и питерскому художественному проекту «Ребра Евы» поставили документальный спектакль, на премьеру которого пришли 150 человек.

Мы помогли большому количеству детей, которые пережили сексуальное насилие только что, хотя такого направления у нас официально нет. Родители идут к нам, потому что не знают, куда обратиться.

В следующем году мы будем продолжать работу со взрослыми, пострадавшими в детстве, и официально запустим консультационную службу для родителей и реабилитационную программу для детей, переживших инцест или сексуальное насилие.

Вход Регистрация

Восстановление пароля

В течение нескольких минут вы получите письмо с инструкциями по восстановлению вашего пароля

Ok

Спасибо за заявку

Ok
«Некоммерческое партнерство оказания помощи людям в затруднительных жизненных обстоятельствах»
Москва, ул. Плющиха, дом 9 стр. 2
people@plus-one.ru

Вход Регистрация

Восстановление пароля

В течение нескольких минут вы получите письмо с инструкциями по восстановлению вашего пароля

Ok

Загрузка...